- взыскание платы за предоставление информации гражданину-заемщику о состоянии задолженности по кредиту. Потребитель всегда имеет право знать о размере своей задолженности перед банком, сумме уплаченных процентов, предстоящих платежах с раздельным указанием суммы процентов, подлежащих уплате, и оставшейся суммы кредита. Взимание какой-либо платы за такую услугу противоречит законодательству и является прямым нарушением прав потребителя;
Кроме положительных моментов юридического консультирования для потребителей банковских услуг существуют и некоторые отрицательные аспекты в данном направлении, например, предоставление не в полном объеме информации об услугах, в частности о цене услуги или об исполнителе; невыполнение юридическими организациями взятых на себя обязательств по договору; включение в договор условий, ущемляющих права потребителей; отсутствие в договоре конкретных сроков выполнения работ; предоставление заведомо вводящих в заблуждение консультаций, что значительно влияет на стоимость договора и т.д.
Обобщая вышеизложенное, необходимо подметить некоторые пути развития юридического консультирования в Таджикистане по вопросам защиты прав потребителей банковских услуг:
- необходимо улучшить качество квалифицированный юридической помощи, т.к. в Таджикистане существует несколько общественных организаций, которые занимаются оказанием правовой помощи малоимущим и отдельным категориям уязвимых групп населения;
- возрастает значимость правового регулирования бесплатной юридической помощи, оказываемой за счет государства, а также негосударственных средств. Необходимо наладить четкую государственную систему оказания бесплатной юридической помощи;
- необходимо развить онлайн-консультации и оказания юридической помощи.
Список использованной литературы:
1. Матейкович М.С., Киракосян А.В. Страхование банковских вкладов: проблемы теории и практики // Вестник Тюменского государственного университета. - 2011. - № 3. - С. 145-148.
2. Национальная стратегия развития Республики Таджикистан на период до 2030 года [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://ef-ca.tj/publications/02.2_rus(FILEminimizer).pdf
(дата обращения: 01.04.2025).
3. Закон Республики Таджикистан «О защите прав потребителей» от 9 декабря 2004 года № 72 (в ред. от 22.06.2023 г. № 1980) [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=8294 (дата обращения: 01.04.2025).
4. Стратегия Национального банка Таджикистана по усовершенствованию механизма защиты прав потребителей финансовых услуг на 2022-2025 годы, утвержденное постановлением Правления Национального банка Таджикистана от «08» июля 2022 г. за №88 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://nbt.tj (дата обращения: 01.04.2025 г.).
5. Закон РТ «О защите прав потребителей» от 9 декабря 2004 года №72 (ред. от 22.06.2023 г. №1980) [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=8294 (дата обращения: 01.04.2025 г.).
Момышева Фархия Саутбековна кандидат юридических наук, ассоциированный профессор
Высшей школы права Университета «Туран»
Аннотация. В настоящей статье проводится исследование воздействия инновационных информационно-коммуникационных технологий на эволюцию системы правовой помощи в Республике Казахстан. Особое внимание уделяется цифровым инструментам, включая платформы электронного правосудия, технологии блокчейн для повышения транспарентности юридических операций, автоматизированные системы анализа нормативных актов и др. Проанализирована регуляторная среда, формирующая цифровую юриспруденцию в Казахстане. Методологический подход объединяет качественный и количественный анализ, включая экспертные оценки представителей судебной системы, изучение результатов пилотных проектов и статистические данные об использовании электронных сервисов за последние годы. Полученные результаты свидетельствуют о расширении доступа населения к юридическим услугам и укреплении доверия к правовым институтам. За последние пять лет в Казахстане зафиксирован значительный рост популярности мобильного приложения eGov Mobile, количество пользователей которого увеличилось в 15 раз. Интеграция более 90% государственных услуг в цифровую среду через данное приложение подчеркивает его значимость в обеспечении доступа граждан к государственным сервисам. Ежемесячная аудитория активных пользователей составляет более 4 миллиона человек, а ежедневное использование превышает 190 тысяч. В статье выявлены основные препятствия для дальнейшего развития, такие как дефицит квалифицированных кадров, необходимость обеспечения безопасности данных и защиты конфиденциальности информации, а также проблемы интеграции новых цифровых решений с существующей IT-инфраструктурой. Предложены меры по преодолению данных препятствий, включая инвестиции в обучение персонала, совершенствование законодательства и расширение инфраструктуры. Также обсуждается потенциал внедрения систем искусственного интеллекта для прогнозирования судебных решений и автоматической генерации юридических документов с целью повышения эффективности юридических консультаций и снижения нагрузки на специалистов.
Ключевые слова. Цифровизация, цифровая юриспруденция, искусственный интеллект, безопасность данных, юридические услуги, информатизация, цифровые доказательства.
Цифровизация - это переход на использование современных технологий, упрощающих общение между людьми, компаниями и государством. Благодаря ей многие процессы становятся быстрее, удобнее и доступнее. Никого уже не удивить оплатой услуг через приложения в гаджетах, оформлением документов онлайн или получением госуслуги без очередей. Проще говоря, технологии делают жизнь легче.
В настоящее время, в мобильном приложении eGov mobile, в рамках сервиса
«Цифровые документы», гражданам Республики Казахстан доступно более 20 видов документов, включая удостоверение личности, паспорт гражданина РК, водительское удостоверение и др., в мае текущего 2025 года стали доступны новые цифровые документы, паспорт домашних животных и документ, подтверждающий сведения об опеке и попечительстве. Данный сервис пользуется широкой популярностью среди населения.
За последние пять лет обновленное мобильное приложение eGov Mobile продемонстрировало впечатляющий рост, увеличив количество пользователей в 15 раз. Сегодня 90 % государственных услуг и сервисов доступны в цифровом формате, что делает платформу незаменимым инструментом для граждан. Ежемесячная активность пользователей достигла 4 миллионов, а ежедневно приложение используют более 190 тысяч человек. На платформе уже реализовано 208 госуслуг и 759 их подвидов для физических лиц через портал e-license, а также 34 специализированные услуги для бизнеса в eGov Business. Этот масштабный цифровой прогресс показывает, как современные технологии делают государственные услуги удобнее и доступнее [1].
Цифровизация в юриспруденции - это перевод юридических процессов в электронный формат. По сути, современные технологии помогают юристам, судам и госучреждениям (и не только) работать быстрее и удобнее, автоматизируя многие задачи.
Например:
- Электронные документы вместо бумажных договоров и судебных решений.
- Онлайн-суды - заседания проводятся через видеоконференции.
- Автоматизация - системы сами заполняют и проверяют документы.
И даже ИИ (искусственный интеллект пытаются привлечь к анализу законов и судебных решений. Всё это и многое другое делает правовую систему более удобной, быстрой и прозрачной. Всё нацелено на то, чтобы людям было проще получать юридическую помощь и защищать свои права.
Мировое юридическое сообщество оказалось на пороге цифровой трансформации осенью 2016 года, когда ученые из США и Великобритании представили революционный алгоритм. Этот инновационный инструмент, основанный на методах машинного обучения, смог предсказывать решения Европейского суда по правам человека с поразительной точностью - 79 % [2]. Его появление вызвало оживленные дискуссии среди правоведов и специалистов в области информационных технологий, поскольку впервые интеллект машины приблизился к тонкостям юридического анализа, учитывающего сложные правовые прецеденты и нюансы конкретных дел.
С тех пор развитие предиктивной аналитики на базе искусственного интеллекта продолжает стремительно набирать обороты. Специалисты изучают возможности таких технологий для совершенствования судебного процесса, оценки перспектив исхода дел и даже разработки стратегий для правозащитных организаций. Возможность анализа огромного массива судебных решений, выявления закономерностей и прогнозирования исходов становится важным инструментом для юристов, стремящихся повысить эффективность своей работы.
В условиях цифрового мира, где юриспруденция постепенно интегрируется с передовыми технологиями, проекты, основанные на искусственном интеллекте, уже не выглядят фантастикой, а скорее - неминуемой реальностью, способной изменить подход к принятию решений в судебных спорах. Вместе с тем вопросы этики, надежности и правовых последствий такого внедрения остаются центровыми в дискуссиях среди специалистов, ведь
судебная система опирается не только на логику и статистику, но и на принципы справедливости и гуманности.
Смагулов Д., заместитель директора департамента по защите имущественных прав государства Министерства юстиции РК, в статье «Использование искусственного интеллекта в работе юриста: интеграция технологий и правовые ориентиры» рассматривает особенности применения технологий искусственного интеллекта (ИИ) в юридической практике. Нельзя не согласиться с ним, что искусственный интеллект может значительно повысить эффективность и скорость рассмотрения дел, но его использование должно быть сбалансировано с необходимостью защиты прав граждан, исключения предвзятости и обеспечения справедливости. Только при соблюдении этих принципов ИИ сможет гармонично интегрироваться в судебные процессы, не нарушая основополагающих принципов правосудия [3]. Но, как справедливо отмечает молодой учёный Молдабаев А.С., хотим мы этого или не хотим, сегодня право и правоотношения проходят процесс трансформации, проявляющийся в активном внедрении автоматизированных технологий [4, с. 175]. Эти изменения открывают новые перспективы для развития права в условиях цифровизации и технологического прогресса.
В то время как еще несколько лет назад искусственный интеллект (ИИ) представлялся преимущественно как концепция из области футурологии, в настоящее время его прикладное применение является общепризнанным фактом. Распространение ИИ-систем наблюдается в различных секторах экономики и общественной жизни. Дискуссии о будущем развитии ИИ переходят на уровень государственной политики, что проявляется не только в разработке нормативно-правовой базы, но и в активном внедрении ИИ-решений для совершенствования и повышения продуктивности государственных учреждений. Так, согласно исследованию McKinsey Global Institute, ИИ может привнести до 13 триллионов долларов в глобальную экономику к 2030 году, при этом существенная часть прироста будет достигнута за счет оптимизации государственных услуг и процессов [5].
Наше государство демонстрирует прогресс в области цифрового государственного управления, усиливая свое присутствие на международной арене. В соответствии с данными UN E-Government Survey 2024, Казахстан занял 24-ю позицию в глобальном индексе развития электронного правительства [6]. Произошло улучшение на 4 позиции по сравнению с предыдущими результатами. Данный результат является одним из наиболее высоких показателей, достигнутых Казахстаном за весь период участия в оценке Организации Объединенных Наций (ООН).
Нормативно-правовая база цифровизации в Казахстане включает ряд законодательных и подзаконных актов. Закон РК «Об информатизации», регулирующий отношения в сфере информатизации, возникающие между государственными органами, физическими и юридическими лицами. Последние изменения на 7 января 2025 года усилили меры по защите персональных данных и расширили возможности цифровых сервисов [7]. Закон РК «Об электронном документе и электронной цифровой подписи», изменения 2025 года коснулись не только усиления мер по защите персональных данных, но и расширения возможностей использования ЭЦП в трансграничных взаимодействиях [8]. Закон РК «О персональных данных и их защите», в этом году в него были внесены поправки, усиливающие контроль за обработкой данных и вводящие новые обязанности для операторов, включая регистрацию в государственном реестре и уведомление о возможных утечках. Также расширены права граждан, позволяющие требовать удаления или изменения их данных и получать информацию о целях их обработки [9]. Такие подзаконные акты как постановление Правительства Республики Казахстан от 20.12.2016 г. №832 «Об утверждении единых требований в области информационно-коммуникационных технологий и обеспечения информационной безопасности», приказ Министра цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан от 21.10.2020 г. № 394/НҚ «Об утверждении Правил по сбору, обработке, хранению, передаче электронных информационных ресурсов для осуществления аналитики данных в целях реализации функций государственными органами» и др.
16 июля 2024 года была утверждена Концепция Республики Казахстан по развитию искусственного интеллекта на 2024-2029 годы [10]. Кроме того, ведётся работа по разработке проекта Цифрового Кодекса Республики Казахстан.
Анализ нормативной базы позволяет сделать вывод, что Казахстан активно продвигает цифровые технологии, делая упор на защиту данных, расширение цифровых сервисов и внедрение инноваций. Государство стремится к всесторонней цифровизации, создавая удобную и безопасную цифровую среду и принятие Цифрового кодекса может стать решающим этапом в формировании унифицированной правовой основы для цифрового развития государства. Этот кодекс призван систематизировать и гармонизировать существующие нормативные акты, а также определить правовые рамки для новых цифровых технологий и услуг. Развитие нормативной базы также отражает международные тенденции, такие как GDPR (General Data Protection Regulation - Общий Регламент по защите данных) в Европейском Союзе, устанавливающие высокие стандарты защиты персональных данных (Regulation (EU) 2016/679) [11].
Внедрение цифровых решений, несмотря на потенциальные выгоды, сопряжено с рядом проблем. Мы часто сопротивляемся изменениям из-за страха потерять работу, нехватки навыков или привычки работать по-старому. Чтобы успешно внедрить новые процессы, важно вовлекать людей и показывать им, зачем нужны перемены. Когда сотрудники понимают ценность изменений, они готовы их поддерживать. Другой серьезной проблемой является обеспечение безопасности данных и конфиденциальности информации. Увеличение объемов обрабатываемых и хранимых данных, а также расширение каналов передачи информации создают новые риски киберугроз и утечек данных. Соответствие нормативным требованиям, таким как вышеупомянутый GDPR (General Data Protection Regulation - Общий регламент по защите данных в ЕС), требует внедрения строгих мер безопасности и постоянного мониторинга системы.
Немаловажным фактором является интеграция новых цифровых решений с существующей IT-инфраструктурой. Несовместимость систем, устаревшее оборудование и отсутствие стандартизации могут привести к сбоям в работе, снижению производительности и увеличению затрат на поддержку. Необходима тщательная оценка совместимости новых решений с текущей инфраструктурой и разработка стратегии миграции данных.
Наконец, стоит отметить проблему нехватки квалифицированных кадров, способных разрабатывать, внедрять и поддерживать цифровые решения. Дефицит специалистов в области IT, анализа данных и кибербезопасности может замедлить процесс цифровой трансформации и снизить эффективность внедряемых решений. Инвестиции в обучение и переподготовку персонала, а также привлечение внешних экспертов, являются необходимыми условиями для успешной реализации цифровых проектов.
В целях совершенствования нормативно-правовой базы цифровой юриспруденции можно предложить внесение изменений и дополнений в действующее законодательство, регламентирующее электронный документооборот и электронную цифровую подпись. В частности, требуется расширение сферы применения электронных доказательств в гражданском и уголовном процессах, предусмотрев детальную процедуру их представления, исследования и оценки судом. При этом, необходимо руководствоваться международными стандартами, такими как Типовой закон ЮНСИТРАЛ об электронных передаваемых записях, адаптируя его положения к казахстанской правовой системе [12].
Расширение применения электронных доказательств в гражданском и уголовном процессах может значительно повысить эффективность судопроизводства. Например, подумать над возможностью использования блокчейн-технологий, внедрение блокчейна для хранения и проверки подлинности электронных доказательств поможет исключить возможность их подделки и повысить доверие к цифровым данным. Думается, что совершенно справедливо отмечено Қойшыбайұлы Қ., Копбаевым Д. и Бидайшиевой А., что сейчас отсутствуют какие-либо государственные программы в сфере внедрения и развития цифровых технологий, в том числе по блокчейну и цифровым активам [13].
Предлагаем расширить перечень допустимых электронных доказательств, путём включения данных из мессенджеров, социальных сетей и облачных хранилищ в качестве официальных доказательств. На сегодняшний день в ст.99 ГПК РК сказано, что в качестве допустимых доказательств могут признаваться аудио-, видеозаписи, в том числе полученные приборами наблюдения и (или) фиксации, материалы фото- и (или) киносъемки, другие материалы на электронных, цифровых и иных материальных носителях [14]. В УПК РК в ст.ст.121 и 293 упоминаются лишь, что сведения могут быть в форме электронных документов на электронных носителях [15]. И всё. Здесь полностью солидарна с мнением учёных Алаевой Г.Т. и Кабдолдиной Е.В., что Казахстану необходимо разработать единое законодательство по цифровым доказательствам, включая правила их сбора, хранения и допустимости в суде [16, с.43].
Возможно, настало время, автоматизировать анализ цифровых доказательств. Применение искусственного интеллекта для обработки и анализа больших массивов данных ускорит процесс расследования и судебного разбирательства. В этом направлении в Казахстане уже предприняты определённые шаги, внедрена система «Е-saraptama», которая позволяет следователям назначать и получать результаты экспертиз в электронном формате. Это сокращает время обработки данных и повышает прозрачность процесса. Дальнейшее развитие концепции «ИС Е-saraptama» может включать расширение его применения на другие виды экспертиз, которые могут быть назначены следователем в рамках уголовного процесса [17]. Внедрение искусственного интеллекта в анализ цифровых доказательств может стать следующим шагом в развитии судебной системы.
Архиважным является разработка и внедрение унифицированных стандартов для хранения и обмена юридически значимой информацией в электронном виде. Это предполагает создание единой национальной платформы для электронного взаимодействия между государственными органами, юридическими лицами и гражданами, обеспечивающей интероперабельность различных информационных систем. Примером может служить опыт Эстонии, где функционирует X-Road - платформа для обмена данными между различными государственными учреждениями. Главная особенность сети X-Road - использование блокчейн-технологии. Местный распределённый реестр называется KSI (Keyless Signature Infrastructure) и обеспечивает защиту данных от удаления и копирования. Каждый эстонец имеет право контроля над своими цифровыми данными. В 2018 году казахстанская делегация во главе с заместителем Премьер-Министра РК Аскаром Жумагалиевым ознакомилась с опытом реализации этого проекта в Эстонии. Возможно, стоит апробировать введение государственной сети X-road, обеспечивающей быстрый и безопасный обмен данными между различными органами, компаниями, сервисами, людьми. Эффективность данной сети доказана на практике, а именно на примере Эстонии. Более того, она получает широкое распространение в мире. Ее уже тестируют некоторые правительства [18]. Но у нас, к сожалению, она не получила дальнейшего распространения и внедрения.
Но будущее уже на пороге. Казахстан уверенно вошёл в цифровую эру юриспруденции, это непреложный факт. Электронное правосудие в Казахстане - это современная система, объединяющая передовые цифровые технологии и юридические процессы, создавая удобный и доступный сервис для граждан. Центральным элементом является «Судебный кабинет» - мобильное приложение, доступное на iOS, Android и Windows Phone, которое охватывает более 50 различных юридических услуг. Здесь можно подать документы, отслеживать ход судебных процессов, получать консультации, а также взаимодействовать с системой правосудия в режиме онлайн. Это форум «Талдау» отличная дискуссионная площадка для обмена мнениями и анализа судебной практики. Это видеоконференции как возможность участвовать в заседаниях дистанционно. Это аудио- и видеозапись судебных процессов что означает прозрачность и доступность материалов для всех участников [19, с.21]. Эти и другие технологии делают правосудие более открытым, оперативным и удобным, снижая бюрократические барьеры и упрощая юридические процедуры. Благодаря цифровым решениям каждый гражданин получает равный доступ к правосудию, независимо от места проживания.
Доступность юридической помощи - важный шаг к защите прав граждан, и в Казахстане этот процесс набирает обороты благодаря инновационным технологиям. Министерство юстиции Республики Казахстан, сотрудничая с IPrav, предлагает удобное решение - мобильное приложение, которое сделает юридические услуги простыми и доступными для всех [20]. Скоро каждый сможет найти квалифицированного юриста, получить консультацию, составить необходимые документы или даже организовать представительство в суде - всё в одном приложении. Это особенно важно для тех, кто живёт в удалённых регионах или сталкивается с финансовыми ограничениями.
Юридические вопросы бывают сложными, а квалифицированная помощь - дорогостоящей и труднодоступной. IPrav сделает правовую поддержку доступной независимо от социального статуса или места проживания человека.
Технологии продолжают менять сферу юстиции. С развитием искусственного интеллекта и цифровых сервисов правовая помощь становится быстрее, удобнее и эффективнее. Казахстан уверенно идёт к тому, чтобы каждый гражданин имел равный доступ к защите своих прав. Это настоящий шаг в будущее - когда юриспруденция становится не привилегией, а гарантированным правом.
Инфраструктурное обеспечение цифровой юриспруденции требует значительных инвестиций в развитие информационно-коммуникационных технологий, включая расширение пропускной способности интернет-каналов и обеспечение доступа к ним в отдаленных регионах страны. Наконец, следует активизировать международное сотрудничество в области цифровой юриспруденции, участвуя в разработке международных стандартов и перенимая передовой опыт других стран. Это позволит Казахстану занять лидирующие позиции в сфере цифровых технологий и повысить конкурентоспособность национальной экономики.
Список использованной литературы:
1. 5 лет eGov Mobile: государственные услуги и сервисы в смартфоне [Электронный ресурс]. - URL: https://egov.kz/cms/ru/news/5years_of_eGovMobile (дата обращения: 21.05.2025).
2. Aletras N., Tsarapatsanis D., Preoţiuc-Pietro D., Lampos V. Predicting judicial decisions of the European Court of Human Rights: a Natural Language Processing perspective // PeerJ Computer Science. - 2016. - Vol. 2. - e93.
3. Смагулов Д. Использование искусственного интеллекта в работе юриста: интеграция технологий и правовые ориентиры [Электронный ресурс]. - URL: https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=35290344&pos=6;- 108#pos=6;-108 (дата обращения: 10.05.2025).
4. Молдабаев А.С. О развитии Legal Tech в Казахстане на примере нормотворческой деятельности // Вестник Института законодательства и правовой информации Республики Казахстан. - 2018. - № 3 (52). [Электронный ресурс]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/o-razvitii-legal-tech-v-kazahstane-na-primere- normotvorcheskoy-deyatelnosti (дата обращения: 25.05.2025).
5. Bughin J., Seong J., Manyika J., Chui M., Joshi R. Observations of the Artificial Intelligence Horizon: Modeling the Impact of AI on the World Economy [Электронный ресурс]. - URL: https://www.mckinsey.com/featured- insights/artificial-intelligence/notes-from-the-ai-frontier-modeling-the-impact-of-ai-on-the-world-economy (дата обращения: 20.05.2025).
6. Казахстан занял 24 место в мировом рейтинге электронного правительства ООН [Электронный ресурс]. - URL: https://www.gov.kz/memleket/entities/mdai/press/news/details/847800?lang=ru&ysclid=mb9lqbwjxt309501816 (дата обращения: 19.05.2025).
7. Закон Республики Казахстан от 24 ноября 2015 года № 418-V «Об информатизации» // Электронный ресурс: https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1500000418 (по состоянию на 07.01.2025 г.).
8. Закон Республики Казахстан от 7 января 2003 года № 370-II «Об электронном документе и электронной цифровой подписи» // Электронный ресурс: https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z030000370_ (по состоянию на 07.01.2025 г.).
9. Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года № 94-V «О персональных данных и их защите» // Электронный ресурс: https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1300000094 (по состоянию на 07.01.2025 г.).
10. Постановление Правительства Республики Казахстан от 24 июля 2024 года № 592 «Об утверждении Концепции развития искусственного интеллекта на 2024-2029 годы» [Электронный ресурс]. - URL: https://adilet.zan.kz/rus/docs/P2400000592 (дата обращения: 04.06.2025).
11. GDPR: документы и материалы (на русском языке) [Электронный ресурс]. - URL: https://ogdpr.eu/ru?ysclid=mbkt1wno35773928536 (дата обращения: 24.05.2025).
12. Типовой закон ЮНСИТРАЛ об электронных передаваемых записях (2017) [Электронный ресурс]. - URL: https://uncitral.un.org/ru/texts/ecommerce/modellaw/electronic_transferable_records (дата обращения: 04.06.2025).
13. Қойшыбайұлы Қ., Копбаев Д.З., Бидайшиева А.Б. Правовое регулирование блокчейн и криптовалют: проблемы и перспективы выпуска токенов и их оборот на территории Республики Казахстан // Вестник Института законодательства и правовой информации Республики Казахстан. - 2023. - № 1 (72). [Электронный ресурс]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/pravovoe-regulirovanie-blokcheyn-і-kriptovalyut-problemy-і- perspektivy-vypuska-tokenov-і-ih-oborot-na-territorii-respubliki (дата обращения: 03.06.2025).
14. Кодекс Республики Казахстан от 31 октября 2015 года № 377-V «Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан» // Электронный ресурс: https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1500000377 (по состоянию на 24.05.2025 г.).
15. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 4 июля 2014 года № 231-V // Электронный ресурс: https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000231 (по состоянию на 24.05.2025 г.).
16. Алаева Г.Т., Кабдолдина Е.В. Использование цифровых технологий в судебной экспертизе в Казахстане и в мире: перспективы и вызовы // Eurasian Scientific Journal of Law. - 2025. - № 1 (10). - С. 38-47.
17. Аскаров А.А., Картжанов Т.Т. Цифровизация процесса назначения и получения результатов экспертизы следователем в рамках уголовного судопроизводства (в электронном формате) [Электронный ресурс]. - URL: https://mir-zakona.kz/czifrovizacziya-proczessa-naznacheniya-і-polucheniya-rezultatov-ekspertizy- sledovatelem-v-ramkah-ugolovnogo-sudoproizvodstva-v-elektronnom-formate/ (дата обращения: 01.06.2025).
18. Арутюнян Г.А. Эстонский опыт цифрового развития и пути его применения в Армении // РППЭ. - 2021. - № 12 (134). [Электронный ресурс]. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/estonskiy-opyt-tsifrovogo- razvitiya-і-puti-ego-primeneniya-v-armenii (дата обращения: 04.06.2025).
19. Жетписбаев Г.А., Байсалова Г.Т. Казахстанская модель цифровизации: трансформация правовых институтов // Вестник КазНПУ имени Абая. Серия «Юриспруденция». - 2024. - № 4 (78). - С. 45-52.
20. Цифровые юридические услуги стали более доступны для граждан Казахстана [Электронный ресурс]. - URL: https://elemnews.kz/pravitelstvo/czifrovy-e-yuridicheskie-uslugi-stali-bolee-dostupny-dlya-grazhdan- kazahstana?ysclid=mbriijickk743391925 (дата обращения: 02.06.2025).
Tajibaeva Albina Yuldashbaevna Candidate of Legal Sciences Associate Professor,
Department of Criminal Procedure Law Tashkent State University of Law
Abstract. This article undertakes a comprehensive examination of the procedural regulation and practical implementation of the criminal defense function. Employing descriptive and comparative methodologies, the author rigorously analyzes relevant legislative acts, scholarly legal and academic literature, and the diverse perspectives of legal experts. The study identifies the critical importance of ensuring the right to defense for suspects, accused persons, and defendants. It emphasizes that their procedural rights must be intrinsically linked with the corresponding obligations of the inquirer, investigator, prosecutor, and court to facilitate the effective exercise of these rights. The article conceptualizes the guarantee of the right to defense for suspects, accused persons, and defendants as a cohesive body of procedural rights. These rights empower individuals to defend themselves against charges, either personally or through the assistance of a defense lawyer. The research highlights the crucial obligation to clearly explain these rights to individuals and to implement measures that provide them with a genuine opportunity to utilize all legally stipulated means and methods to mount an effective defense against the charges leveled against them. This obligation is explored as a fundamental guarantee within our criminal procedural legislation. Finally, the concluding section of the article offers scientific and theoretical proposals aimed at enhancing the provision of the right to defense in criminal proceedings, alongside practical considerations for improving current legal practice.
Keywords: criminal process, defense function, defense lawyer, attorney, suspect, accused, defendant.
Significant reforms are underway to align judicial and investigative practices with international standards. These changes are crucial for unconditionally safeguarding the rights and freedoms of individuals within criminal procedural relations. This commitment is notably articulated as the 86th objective of the «Uzbekistan - 2030» Strategy, which was approved by Presidential Decree No. PF-158 on September 12, 2023. This objective specifically aims to «Increase the level of access to justice by strengthening the independence of the judiciary and ensuring transparency in its activities» [1].
Article 29 of the Constitution of the Republic of Uzbekistan stipulates that «Everyone is guaranteed the right to qualified legal assistance. Legal assistance is provided at the expense of the state in cases stipulated by law. Every person has the right to use the assistance of a lawyer of their choice at any stage of the criminal process, and in case of detention, from the moment their right to freedom of movement is practically restricted» [2]. These specific legal norms affirm that the defense function is one of the main functions of the criminal process. Its subjects include suspects, accused persons, defendants, defense lawyers, public defenders, civil defendants, and their representatives. In our opinion, the right to defense in criminal proceedings must be unconditionally ensured. Ensuring this right is an obligation of the state and is considered a crucial condition for fair justice.
According to Article 2 of the Criminal Procedure Code of the Republic of Uzbekistan, the objectives of the criminal process include not only the swift and full disclosure of crimes, the identification and exposure of culprits, and the proper application of laws, but also the fair punishment of every person who has committed a crime and ensuring that no innocent person is subjected to liability or unjustly tried. «Stemming from this objective of the criminal process, one of the important directions of criminal procedural activity is the protection of the rights and legitimate interests of persons involved in the commission of a crime» [3].
A defense lawyer is a person authorized to exercise the protection of the rights and legitimate interests of suspects, accused persons, and defendants in the manner prescribed by law, and to provide them with necessary legal assistance [4]. A defense lawyer is allowed to participate in the case at any stage of the criminal process, and in the case of detention, from the moment the person's right to freedom of movement is practically restricted. Even close relatives of the suspect may be allowed to participate as a defense lawyer alongside the advocate, upon the petition of the suspect, accused person, or defendant, by a decision of the inquirer, investigator, or a court ruling.
Our current legislation has introduced a number of amendments and additions aimed at liberalizing the judicial and legal system and further strengthening the independence of the advocacy, which is the most important component of ensuring human rights protection. This includes ensuring equality of rights between the prosecution and defense in criminal proceedings, the introduction of the concept of a witness's lawyer into legislation, and strengthening the lawyer's rights to collect and present evidence, obtain copies of relevant materials and documents in the case or record information contained therein in another form, meet confidentially with the person under defense without restriction on the number and duration of meetings, without the permission of state bodies and officials responsible for criminal proceedings. Furthermore, the payment of legal assistance expenses to lawyers participating in criminal cases on an appointment basis by law enforcement agencies, at the expense of the state, has been legally enshrined. This has created a foundation for the effective functioning of the constitutional norm guaranteeing citizens the right to receive qualified legal assistance at any stage of the judicial process. It is noteworthy that, in accordance with this law, the defense lawyer is granted the right to provide qualified legal assistance at any stage of the criminal process, completely independent of state bodies and officials responsible for conducting the criminal case.
Furthermore, legislative amendments have eliminated norms that previously mandated defense lawyers to obtain written authorization from law enforcement agencies for participation in a case and to secure permission for meetings with their clients. Currently, a lawyer's certificate and a warrant issued by the bar association suffice for these purposes. It is imperative to acknowledge the legislative establishment of liability for any actions aimed at obstructing a lawyer's professional activity or